Сын генерала Ратко Младича, командовавшего войсками боснийских сербов в 1990-е годы, сделал громкое заявление о причинах смерти отца. По словам Дарко Младича, генерал мог скончаться не из-за естественных причин, а вследствие ненадлежащего лечения с применением сильнодействующих препаратов в заключении в Гааге.
Ратко Младич был арестован в 2011 году после многолетней скрытой жизни и передан Международному трибуналу по бывшей Югославии. В 2017 году он был признан виновным в геноциде, военных преступлениях и преступлениях против человечности, включая осаду Сараево и массовые убийства в Сребренице. Приговор — пожизненное заключение — он отбывал в тюрьме в Гааге, где находился под постоянным медицинским наблюдением из-за ухудшающегося здоровья.
Сын генерала утверждает, что лечение было неадекватным. По его словам, врачи применяли препараты, которые могли негативно повлиять на состояние пожилого заключенного, страдавшего от ряда хронических заболеваний. Дарко Младич не привел конкретных доказательств, но выразил уверенность, что бездействие или ошибки медиков стали решающим фактором.
Официальные представители трибунала и тюремной администрации ранее заявляли, что Младич получал необходимую медицинскую помощь, однако детали его состояния и лечения не раскрывались. После смерти генерала его адвокаты неоднократно поднимали вопрос о качестве медицинских услуг в учреждении.
Смерть Ратко Младича вызвала неоднозначную реакцию в обществе. Для одних он — военный преступник, ответственный за гибель тысяч мирных жителей, для других — национальный герой, защищавший сербский народ. Заявление сына добавляет новый виток в споры о том, как обращались с осужденными в Гааге.
Эксперты отмечают, что подобные обвинения требуют тщательного расследования. Однако без доступа к медицинской документации и независимой экспертизы сложно установить истину. Пока семья Младича не подала официальных жалоб в международные органы, но не исключает этого в будущем.
История Ратко Младича остается одной из самых трагических страниц балканского конфликта. Вопросы о его лечении и смерти теперь могут стать предметом новых разбирательств, которые прольют свет на условия содержания в международных тюрьмах.