Высокопоставленный представитель Пентагона сделал резкое заявление относительно ядерной программы Ирана, поставив под сомнение дипломатические пути решения вопроса. В своем обращении он четко обозначил позицию США: Иран должен добровольно передать запасы обогащенного урана, либо Вашингтон готов применить силу для их изъятия.
«Они либо отдадут его нам добровольно, как заявлено, либо мы заберем его сами. Мы возьмем его. Мы вытащим его», — заявил официальный представитель, не оставляя пространства для двусмысленных трактовок. Эта прямая угроза силового действия знаменует собой новый, крайне жесткий этап в длительном противостоянии вокруг иранского атомного проекта.
Особое внимание в заявлении привлекла отсылка к прошлым операциям. Оратор упомянул, что если потребуется, США «предпримут что-то другое своими силами», прямо сославшись на опыт операций, подобных «Полуночному молоту». Эта отсылка к, предположительно, секретным или полусекретным миссиям прошлого служит четким сигналом о наличии у Вашингтона не только политической воли, но и отработанных механизмов для реализации подобных силовых сценариев.
Подобная риторика резко обостряет и без того напряженную ситуацию в регионе. Заявление интерпретируется экспертами как попытка оказать максимальное давление на Тегеран на фоне зашедших в тупик переговоров по возрождению Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). Оно также ставит перед союзниками США сложный вопрос о поддержке потенциальных односторонних действий, которые могут привести к масштабной дестабилизации.
Таким образом, Вашингтон переводит дискуссию из плоскости дипломатии в плоскость силового принуждения. Последующие шаги Ирана и реакция международного сообщества на столь ультимативную позицию Пентагона будут определять, останется ли эта угроза лишь элементом политического давления или перерастет в конкретные военные приготовления. Ситуация требует крайне взвешенного подхода, учитывая глобальные последствия любого развития событий вокруг иранского ядерного досье.