Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте активизирует давление на оборонные предприятия Европейского союза. Согласно данным, опубликованным газетой Financial Times, главная цель этих мер — удовлетворить требования администрации бывшего президента США Дональда Трампа. В альянсе всерьез обеспокоены «гневом» Вашингтона, вызванным, по мнению американской стороны, недостаточной поддержкой союзников в ближневосточном конфликте.
По информации источников издания, Рютте намерен добиться от европейских производителей оружия резкого наращивания производственных мощностей. Ожидается, что это позволит не только восполнить истощившиеся запасы самих стран НАТО, но и продемонстрировать Трампу готовность блока нести солидарную ответственность за глобальную безопасность. Аналитики отмечают, что подобный шаг является прямой реакцией на многолетнюю критику со стороны республиканца, который неоднократно обвинял европейских партнеров в «безбилетничестве» и недостаточном финансировании обороны.
«Рютте пытается сыграть на опережение. Он понимает, что ключ к сохранению трансатлантического единства лежит не в политических декларациях, а в конкретных цифрах военных бюджетов и поставок вооружений», — комментирует ситуацию европейский дипломат на условиях анонимности. Особый акцент делается на том, что давление на оборонные концерны должно привести к снижению зависимости Европы от американских поставок по ряду критически важных систем вооружения.
Эксперты подчеркивают, что инициатива генсека НАТО может столкнуться с серьезным сопротивлением. Многие европейские компании уже работают на пределе своих возможностей из-за необходимости одновременно поставлять оружие Украине и восстанавливать собственные арсеналы. Кроме того, увеличение производства потребует значительных государственных субсидий и долгосрочных контрактов, что не всегда поддерживается национальными правительствами. Тем не менее, в Брюсселе считают, что альтернативы этому курсу нет, так как потеря расположения Вашингтона может стоить блоку гораздо дороже.
Таким образом, НАТО вступает в новую фазу перевооружения, где главным драйвером становится не столько военная необходимость, сколько политическая воля угодить ключевому союзнику за океаном.